Кадзуо Исигуро. Художник зыбкого мира

Кадзуо Исигуро (1954–)
Художник зыбкого мира, 1986
Kazuo Ishiguro, An Artist of the Floating World

 

Нам просто не повезло, Оно, что мы с тобой оказались всего лишь обыкновенными людьми во время таких необыкновенных событий.    

– Простите, вы, кажется, сказали, что Хираяма-бой избит? А из-за чего, собственно?

– По-моему, из-за того, что он все время распевал одну и ту же старую военную песню и выкрикивал какие-то допотопные милитаристские лозунги.

– Но он только это и умеет! – воскликнул я. – Он и знает-то всего две-три песни, которым его кто-то специально научил.

<...> А еще он развлекал зрителей тем, что, встав в горделивую позу, подбоченившись и глядя в небеса, выкрикивал: «Эта деревня также обязана принести свою жертву во имя императора! И возможно, кто-то во имя этого жизнь положит, зато другие вернутся со славой и встретят рассвет новой жизни!» – в общем, что-то в этом роде. И люди, помнится, говорили: «Наш Хираяма-бой, конечно, с приветом, но самую суть уловил правильно! Он – истинный японец!».

Официальная аннотация: "Герой этой книги – один из самых знаменитых живописцев довоенной Японии, тихо доживающий свои дни и мечтающий лишь удачно выдать замуж дочку. Но в воспоминаниях он по-прежнему там, в веселых кварталах старого Токио, в зыбком, сумеречном мире приглушенных страстей, дискуссий о красоте и потаенных удовольствий". 

Автор: Кадзуо Исигуро
Формат издания: 130х200 мм
Количество страниц: 304
Год выпуска: 2017
ISBN 978-5-699-24425-6

Тираж: 6100
Издательство: Эксмо
Переводчик: Ирина Тогоева

Купить (OZON) 

Последние несколько месяцев имя британского писателя японского происхождения Кадзуо Исигуро у всех на слуху, ведь именно он стал обладателем Нобелевской премии по литературе за 2017 год. По случаю присуждения премии в заявлении Нобелевского комитета отмечается, что "обладающие огромной эмоциональной силой романы Исигуро приоткрывают бездну, лежащую под нашей иллюзорной связью с миром" ("Who, in novels of great emotional force, has uncovered the abyss beneath our illusory sense of connection with the world").

 

Это не первый роман Исигуро, что я прочла, но поскольку я совсем недавно начала вести блог, то решила все же сначала написать о "Художнике..". Я очень люблю Айрис Мердок и по мере чтения не раз вспоминала ее романы.. Потому что очень редко встречаются книги такой потрясающей психологической силы и глубины. Это – книга, которая полна кривых зеркал, бесконечно отражающих и преломляющих одни и те же вопросы и образы – по кругу! – в разные годы, в разных обстоятельствах, с разными действующими лицами... с разными последствиями.

 

Честь и предательство. Гордость и самоубийство. Просящий, к которому повернулись спиной. Учитель и его ведомые ученики. Настойчивое самооправдание и – в конечном счете – самообман.. бесконечный, липкий самообман, из плена которого, похоже, невозможно выбраться.

 

В какой-то момент, примерно на середине книги, я поймала себя на вопросе: кто вы на самом деле, господин Оно? Вы беспристрастно реконструируете собственное прошлое или же пытаетесь воссоздать свое "идеальное я" и увидеть себя таким, таким вам хотелось бы себя видеть? Насколько многое в своем прошлом вы хотите стереть? И как долго вы сможете продолжать себя обманывать?

 

Именно тогда все перевернулось с ног на голову. Разрозненные части пазла наконец сложились воедино. Все дело в том, что Кадзуо Исигуро блестяще использует приём «ненадёжный рассказчик».

 

Любой автор, приступая к сочинению нового произведения, заключает с читателем негласный договор о том, что события будут развиваться последовательно, а рассказчик — «играть по правилам». Однако в некоторых случаях возможны отступления от принятых в литературе стандартов. Ненадёжный рассказчик — художественный приём, заключающийся в том, что рассказчик сообщает неполную или недостоверную информацию. Таким образом происходит нарушение негласного договора между автором и читателем, согласно которому события должны описываться такими, какие они есть.

Википедия

Довольно сложно писать об этой книге, чтобы не раскрыть сюжета..  Поэтому напишу еще только про название. "Зыбкий мир" в заголовке книги – или floating world – это прямая отсылка к художественному направлению в изобразительном искусстве, известному как "укиё-э", или по-английски pictures of the floating world, по-русски – "картины плывущего/зыбкого мира". 

 

В контексте этой книги особенно интересно, слово укиё было заимствовано из буддийской терминологии, где когда-то обозначало бренный, изменчивый иллюзорный мир. Записывалось оно тогда двумя иероглифами – 憂世 (this transient world, sad world, world of grief and worry). Но японский язык омонимичен, и одно и то же слово можно записать разными иероглифами, оставив звучание неизменным. И в период Эдо (1603-1868 гг.) слово укиё начали записывать совсем другими иероглифами – 浮世. Соответствующим образом, изменилось и значение, которое вкладывалось в это понятие.

 

Считается, что первым словосочетание "плывущий, зыбкий мир" в новом значении употребил писатель Асаи Рёи в 1661 г.: «Жить одним мгновением: любоваться луной и снегом, цветением вишен и осенними листьями, петь песни, пить вино, развлекаться, пытаясь удержаться на плаву, не обращать внимания на собственную бедность, не впадать в уныние, уподобиться тыкве-­горлянке, которая плывет по течению – вот что мы называем плывущим миром (укиё)».

 

Вот и рассказчик тоже плывет по течению своих мыслей.. но почему-то мне кажется, что "зыбкий мир" Оно находится гораздо ближе к своей первоначальной, буддийской трактовке.

 

– Армейские офицеры, политики, бизнесмены. Да, их всех сочли виновными в том, что случилось с нашей страной. А что касается таких, как мы с тобой, Оно, то наш вклад всегда считался несущественным. И теперь никому нет дела до того, чем занимались когда-то такие, как мы. В нас видят всего лишь двух стариков с палочками. – Он улыбнулся мне, продолжая кормить рыб. – Так что мы теперь единственные, кому наше прошлое небезразлично. Когда такие, как мы с тобой, Оно, оглядываясь назад, видят, что многое в их жизни было неправильным, это заботит сейчас только их самих.